Наш сайт использует файлы cookie для предоставления услуг, согласно политике конфиденциальности. Вы можете указать условия хранения или доступа к этому типу файлов в своем браузере либо при конфигурации услуг.
Закрыть

Жары и Свободы…

Зеленая, высокая, может быть, даже огромная… У нас была странная традиция ставить на новогодние праздники высокую елку, под самый потолок, а это, как помню, было почти четыре с половиной метра. Оказавшись в городском плену, зеленое дерево только и могло загадочно испускать хвойный аромат и иногда тихо потрескивать в ночной тишине.

Тот год запомнился чем-то особенным, и главным образом  его конец. Два чуждых друг другу объекта - соединение неумолимо гибнущего детства и надвигающейся издали  взрослой жизни - зеленая ель и черно-белый телевизионный приемник. В декабре 89 мы узнали о стрельбе в Бухаресте, о вертолете, на котором диктатор бежал, потом о его казни. А до этого, Берлин, Прага и даже София. События того года как бы соревновались друг с другом - кто быстрей ворвется в следующее десятилетие. Неслись, сталкивались, разлетались и опять устремлялись вперед.   

Началось все с Варшавы. В репортажах из Польши вместе с генералом в темном стекле начали появляться новые люди, не партийные боссы, а те, кого для советских граждан и не было раньше – усатые и задумчивые. Мертвенно-красная, если суть обращать в цвета,  главная программа ЦТ  рассказывала в тот год  обо всем, как мне кажется, без особой тоски и тревоги. «Круглый стол», ну, конечно, он круглый, а какой еще может быть стол – почти диктовали с экранов. Выборы и участие оппозиции? -  тут нет угрозы основам, никаких опасных сигналов.  Возможно, все это было от простого бессилья. Когда уже нечего говорить, лучше просто описывать факты, а потом и молчать.             

Почему-то в декабре 89 особенно хотелось того же в мрачном Ленинграде: Варшавы и Праги, и даже Софии. А может и Бухареста, но не ради убийства,  а для  жизни, в ее самом начале хотелось чего-то иного, жары и свободы 

Прошло два года. Летом 91 все бурлило, кипело, и внутри и снаружи.  Власти теряли контроль над страной, вожжи ослабли, цепи почти рассыпались в прах. Все пространство заполнили листовки, газеты и даже журналы.  Однажды залы католической церкви  в Ковенском переулке заполнили десятки молодых людей и девушек. Было это как-то странно. В течение десятилетий католики Ленинграда жили замкнуто. Почти  осажденная крепость – ворота всегда на замке. А если кто-то «чужой» попал за ограду, он мог услышать такие слова: «молится можно только на польском, только костел и ксендз, никаких священников и отцов». Свой уголок, где все знали друг друга. И вдруг – наводнение, новые  люди. Кто-то  пытался украдкой креститься, правда, выходили какие-то странные знаки. Им не было  нужды  обращать внимания на коленопреклоненных женщин и мужчин, пьющих вино в алтаре. Какой там польский язык, в лучшем случае «пшик-пшик». Являлись на Ковенский и юноши с видом ученых  и девушки в сладострастно коротких юбчонках. Все шумели, смеялись, ходили гурьбой, едва не плясали.

В это время по Ленинграду шел слух, что католики, и новый священник, устраивают некий поход в Польшу. Говорят, эту тему обсуждали даже на комсомольских собраниях. Функционеры в ту пору уже превращались из идеологов в предпринимателей. Едва ли не в каждой молодежной тусовке говорили о неожиданном предложении. Хотя единственным  медиатором был телефон с номеронабирателем в виде диска, народная молва разнесла «благую» весть по всему «Городу трех Революций». Условия фантастические: никаких денег- «халява»,  не надо даже считаться  католиком, достаточно оставаться в статусе «искателя бога». Приходишь и говоришь: «хочу» и тебя берут. Невероятная сказка, особенно если учесть, как до этого выезжали советские люди за пределы страны. Даже в народную Польшу. Бесчисленные проверки, разрешения, визы, собаки  на крышах вагонов…. Жители СССР не были избалованы путешествиями, как говорили тогда – «за кордон». 

Казалось, уникальной возможностью хочет воспользоваться все молодое население города. В этот поход, а точнее паломничество на встречу с Иоанном Павлом II брали только юных. Если бы брали всех? Наверное, собрания паломников пришлось бы устраивать на улице.    

Большинство о Польше имело самые размытые представления. Главным образом знания были связанны с каким-то особым культурным набором. Смехотворной смеси  «высокого знания» и утилитарных желаний. Имена популярных режиссеров путались с названием всевозможных косметических карандашей и помад. Размышления о «Солидарности»  и Папе соседствовали с планами продажи на «черном рынке»  каких-то советских чудо-приборов.  Иными словами, разношерстный состав.

Эти люди, в конце концов, ринулся в Польшу, встречаться с римским первосвященником. Поезда на Запад оказались забиты - «паломники» даже в тамбурах спали. Ленинград хоть и маленький город, но люди в нем жили разные. Так что по дороге бывали конфликты, кто-то пел, а кто-то и в драку был готов затеять. Впрочем, в большинстве случаев все конфликты заканчивались миром. Тем более, что желание оказаться в почти капиталистическом мире было сильней, а так могли же и снять с состава.  

К такому вот вторжению в Польше отнеслись хорошо. Так говорят очевидцы событий. Надо сказать, что в то время советская армия все еще стояла в Центральной Европе, до 17 сентября 93 было два года. Странным кажется, что такое проникновение с Востока было принято без всякой ненависти или злобы. Русских гостей принимали в домах. Пили чай, кто-то  первый раз в жизни попробовал тропическую диковинку – киви - это же  все-таки почти Запад. Естественно, славянские посиделки чаем, и заморскими фруктами не ограничивались. Водка в те жаркие дни текла рекой. Как два племени после долгой вражды упиваются общем застольем, так и представители двух славянских народов искали  смыслы, на каждом шагу и в любую минуту.

Богу, богово, а толкнуть, что-то мелкое из-под полы, внести, так сказать, свой вклад в международную торговлю хотелось тогда. Нет же такой нормы, что поиск истины и бизнес дела несовместные. Вот и складывались деловые связи поверх всех языковых барьеров. Обменивались фантиками денежных знаков, загоняли друг другу напитки, значки, дрели и всякую дребедень. Скорее всего, счастье было не в прибыли, а в самом акте торговли – купил – продал – заграница - жизнь удалась!  

Жаркое лето – нашли озеро, и сразу бултых, это ж почти как в России, а потом сели на поезд и бегом от кондуктора через вагоны. Но было и так у ленинградцев  - пока восторженные стирали ноги в пеших переходах, находчивые ловили попутки и ехали до привала. Вроде бы, некоторые из таких автостоперов стали потом деловыми людьми, а кто-то из «пешеходов» взялся за музыку. Но тогда их воспринимали как некое единое целое. Одна из участниц тех событий рассказала, что такого радушия и гостеприимства больше не видела никогда и нигде в жизни. На протяжении всего пути, где-то в полях бескрайних вдоль трассы стояли жители окрестных деревень с корзинками еды и водой.      Конечно, сейчас это кажется сказкой. Теперь, представляется почти невозможным такое - сотни молодых людей спонтанно отправились в другую страну, на встречу с неизвестными им человеком.  Это было время авантюризма, невесомости и, несомненно, любви.  

Религия так и осталась для большинства тех паломников чем-то непонятным и даже странным. Бесконечные мессы удивляли, в первую очередь, массовостью -  всеобщем участием, из которого «русская» группа была исключена по собственному желанию.  Образ Папы, конечно, оставил свой след. Впрочем, только след, который не вел к религиозным открытиям. Зато само это польское лето стало событием ленинградской реальности. О нем говорили тогда. И даже сейчас отцы и матери рассуждают об этом походе – о том, как легко находили общий язык, об улыбках и  всевозможных знакомствах.

По дороге домой они узнали о «путче». Часть сразу после приезда отправилась на Дворцовую площадь, на митинг. Другие крутили ручку приемника в ожидании новостей из Москвы. Тогда, действительно что-то рождалось.  Неужели такое можно забыть?    

 

 

 

Ян Моравицки

 

        

 

 

Общество

Календарь

Фото

Newsletter

Если хотите подписаться на новостную рассылку, введите свой e-mail и нажмите OK

Стипендия Кшиштофа Скубишевского 2017

Стипендия и Научный грант имени Кшиштофа Скубишевского. Стипендия предоставляет возможность прохождения научной стажировки на базе любогопольского ВУЗа.

Узнать больше

Видео